Ведьма и солнцева сестра. Дочтываем

Раз этак посмотрел да поплакал — воротился, а Солнцева сестра спрашивает: — Отчего ты, Иван-царевич, нонче заплаканный? Он говорит: — Ветром в глаза надуло. В другой раз опять то же; Солнцева сестра взяла да и запретила ветру дуть. И в третий раз воротился Иван-царевич заплаканный; да уж делать нечего — пришлось во всем признаваться, и стал он просить Солнцеву сестрицу, чтоб отпустила его, добра молодца, на родину понаведаться. Она его не пускает, а он ее упрашивает; наконец упросил-таки, отпустила его на родину понаведаться и дала ему на дорогу щетку, гребенку да два моложавых яблочка: какой бы ни был стар человек, а съест яблочко — вмиг помолодеет!

Приехал Иван-царевич к Вертогору, всего одна гора осталась; он взял свою щетку и бросил во чисто поле; откуда ни взялись — вдруг выросли из земли высокие-высокие горы, верхушками в небо упираются; и сколько тут их — видимо-невидимо! Вертогор обрадовался и весело принялся за работу.

Долго ли, коротко ли — приехал Иван-царевич к Вертодубу, всего три дуба осталося; он взял гребенку и кинул во чисто поле; откуда что — вдруг зашумели, поднялись из земли густые дубовые леса, дерево дерева толще! Вертодуб обрадовался, благодарствовал царевичу и пошел столетние дубы выворачивать.

Долго ли, коротко ли — приехал Иван-царевич к старухам, дал им по яблочку; они съели, вмиг помолодели и подарили ему хусточку; как махнешь хусточкой — станет позади целое озеро!

Итак, побывал получается наш герой в божественном царстве, причем, судя по тому, что возвращается уже своим ходом, возвращается в другом качестве. Но идет потому, что жалко ему видеть, как все погибает, спасти он идет. Но мне кстати, очень начало этой части напоминает изгнание из Рая, то место, где Адам препирался с Богом, и говорил, что не ел он никаких яблок.

Что же делает Иван-царевич, достигший божественного царства на коне предков, волшебное дитя, совершающее путешествие в другую реальность? Он получил инструменты, и теперь по ходу обратного движения — отсрочивает конец времен, ведь пока он находился у Солнцевой сестрицы мир почти подошел к концу, о чем герой горестно сожалеет.

Читаем дальше
Приезжает Иван-царевич домой. Сестра выбежала, встретила его, приголубила: — Сядь, — говорит, — братец, поиграй на гуслях, а я пойду — обед приготовлю. Царевич сел и бренчит на гуслях; выполз из норы мышонок и говорит ему человеческим голосом:
— Спасайся, царевич, беги скорее! Твоя сестра ушла зубы точить. Иван-царевич вышел из горницы, сел на коня и поскакал назад; а мышонок по струнам бегает: гусли бренчат, а сестра и не ведает, что братец ушел. Наточила зубы, бросилась в горницу, глядь — нет ни души, только мышонок в нору скользнул. Разозлилась ведьма, так и скрипит зубами, и пустилась в погоню.

Иван-царевич услыхал шум, оглянулся — вот-вот нагонит сестра; махнул хусточкой — и стало глубокое озеро. Пока ведьма переплыла озеро, Иван-царевич далеко уехал.

Понеслась она еще быстрее… вот уж близко! Вертодуб угадал, что царевич от сестры спасается, и давай вырывать дубы да валить на дорогу; целую гору накидал! Нет ведьме проходу! Стала она путь прочищать, грызла, грызла, насилу продралась, а Иван-царевич уж далеко. Бросилась догонять, гнала, гнала, еще немножко… и уйти нельзя! Вертогор увидал ведьму, ухватился за самую высокую гору и повернул ее как раз на дорогу, а на ту гору поставил другую. Пока ведьма карабкалась да лезла, Иван-царевич ехал да ехал и далеко очутился.

Перебралась ведьма через горы и опять погнала за братом… Завидела его и говорит: — Теперь не уйдешь от меня!
Вот близко, вот нагонит! В то самое время подскакал Иван-царевич к теремам Солнцевой сестрицы и закричал:
— Солнце, Солнце! Отвори оконце,
Солнцева сестрица отворила окно, и царевич вскочил в него вместе с конем. Ведьма стала просить, чтоб ей выдали брата головою; Солнцева сестра ее не послушала и не выдала. Тогда говорит ведьма:
— Пусть Иван-царевич идет со мной на весы, кто кого перевесит! Если я перевешу — так я его съем, а если он перевесит — пусть меня убьет!

Пошли; сперва сел на весы Иван-царевич, а потом и ведьма полезла; только ступила ногой, так Ивана-царевича вверх и подбросило, да с такою силою, что он прямо попал на небо, к Солнцевой сестре в терема; а ведьма-змея осталась на земле.
_____________
Итак, первые два момента, само путешествие. Вниз от Солнцевой сестры Царевич идет на своих двоих, а вверх бежит на коне, стало быть для восхождения нужно средство. И второй очевидный момент — мышонок. Мышонок дает нам возможность еще одного взгляда на персонажей. Мышонок — медиатор — т.е. проводник. И он может быть как проводником из мира мертвых в мир живых, так и из подсознания в сознание. Выполнять анимусную роль, тригера, связи. Животные в таком качестве очень часто встречаются в сказках, взять к примеру, Пушкина:
У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученый
Всё ходит по цепи кругом;
Ученый кот у Пушкина выполняет ту же функцию, что и мышонок. Кстати, Дерево в сказках стоит одиноко. Рядом всегда есть медиатор. Чаще всего животное, бегающее по стволу.
Таким образом можем рассматривать Ведьму — как темную часть самости. А солнцеву сестру как освященную светом разума.

Что мне кажется отличительным в этой сказке, это то, что не происходит трансформации героя. Она происходит только в самом начале и смысл этой трансформации — возможность начать путешествие. Но само путешествие не меняет героя.

Итого, у нас три варианта рассмотрения этой сказки, и того, о чем может говорить сказка:
1. Часть первую мы рассмотрели с позиции отношений,
2. Вторая часть нам говорит об апокалипсисе, конце времен, восхождению к месту вне времени.
3. Третий взгляд на сказку — с позиции связи мира мертвых с миром живых.
4. Способ четвертый — путешествие внутри себя, от темной части самости к светлой.